Смена власти не привела к ликвидации коррупционных схем на фармацевтическом рынке. Это тормозит развитие отрасли и не стимулирует производителей и дистрибьюторов снижать стоимость препаратов.
Оставаясь весьма прибыльным бизнесом, фармацевтика является еще и социально значимой сферой. Оттого регулятивные функции государства в лице Министерства здравоохранения здесь особенно сильны: оно концентрирует в своих руках все возможные полномочия. Закреплялись они за одним из структурных подразделений Минздрава, которое за годы независимости реорганизовывали трижды. Последний раз это произошло в 2003 г. В итоге в стране появилась Госслужба лекарственных препаратов и изделий медицинского назначения (далее Госслужба). К ней отошли функции по контролю производства лекарственных препаратов, их ввоза, вывоза, регистрации и реализации. Новоиспеченную структуру, одновременно с Инспекцией по контролю качества лекарственных препаратов и изделий медицинского назначения (далее Инспекция), возглавил Михаил Пасечник.
Это привело к тому, что выдачу и отзыв лицензий у субъектов рынка, регистрацию препаратов, проверку оптовиков и аптек на предмет соблюдения установленных правил контролировал один человек. Субъекты рынка все как один убеждены в том, что г-н Пасечник по сей день контролирует сеть аптек «Фалби», которая якобы благодаря такому «родству» существенно укрепила свои позиции на рынке. И хотя весной этого года он был уволен с двух должностей, участники рынка по-прежнему предпочитают говорить о происходившем в бытность его руководителем Госслужбой шепотом и без ссылки на источник. Возможно, это просто проявление нечестной конкуренции, и чтобы развеять свои сомнения, «ВД» обратилась за комментариями непосредственно к сети « Фалби ». Но, увы, сие любопытство там встретили без восторга. «Практически все чиновники Минздрава являются акционерами либо учредителями каких-либо фармацевтических компаний, — утверждает сотрудник одной из распределительных аптек Киева. — Потому, преследуя заявленную в официальных документах благородную цель «обеспечения качества и безопасности всех лекарств в период всего их продвижения от разработки до розничной реализации», всевидящее око Госслужбы весьма избирательно. Так было при старом режиме, и так происходит сейчас».
Деньги — вперед
Производить любые операции с лекарственным препаратом в Украине возможно лишь при наличии лицензии, которую фармацевтическим заводам, аптекам и оптовым дистрибьюторам выдает Госслужба, а также при регистрации самого препарата.
Новый участник, решившийся выйти на рынок, скорее всего, простоит в очереди на получение лицензии не меньше двух месяцев — если у него нет нужных связей. Коль чиновники Минздрава сочтут, что фигурант представляет угрозу для кого-либо из близких им магнатов рынка, ему откажут в выдаче лицензии. Например, по причине неправильного оформления документов. В Минздраве ему сообщат, что официальное письмо с отказом было отправлено еще месяц назад. Когда же он возразит, что никакого письма не получал, чиновники посетуют на неотлаженную работу украинской почты.
Через какое-то время по той же почте фигурант получит предложение от некой юридической конторы предоставить услуги по правильному оформлению документов, что обойдется в $2-5 тыс. Помимо этого, согласно букве закона, лицензию придется подтверждать с определенной регулярностью. В отношении аптек подобная процедура производится раз в три года.
Обзаведясь лицензией, производителю и дистрибьютору придется столкнуться с регистрацией самого препарата. Постановлением Кабмина от 26 мая 2005 г. «Об утверждении порядка государственной регистрации лекарственных препаратов» утверждена официальная квота — в сумме, эквивалентной € 1 тыс. за регистрацию наименования препарата и € 100 за каждую следующую его партию. Заместитель главы Госслужбы Юрий Подпружников убежден, что цена вполне приемлемая — в России регистрация стоит €10 тыс., а в Германии — €50 тыс.
«Работающие на рынке дистрибьюторы утверждают, что по сей день помимо официальной платы для «положительного решения» требуется дать взятку в размере 70% от стоимости регистрации», — объясняет сотрудник одной из аптечных сетей.
К тому же сюда не включена стоимость экспертизы препарата в Государственном фармакологическом центре, без документа о прохождении которой субъект даже не может подать заявку на его регистрацию. И если сам препарат регистрируется единожды, то экспертизу, подтверждаемую специальным сертификатом, должна пройти каждая новая его партия. Оплачивает регистрацию препарата производитель. Если он отечественный, подобные затраты для него весьма ощутимы. «Обеспечение взятками регистрации препарата и его экспертизы приводит к удорожанию лекарственного средства, что, в конечном счете, в равных долях ложится на плечи производителя и покупателя», — сообщил «ВД» источник в дистрибьюторской компании.
«Учитывая, что средняя розничная цена упаковки лекарства отечественного производства составляет сегодня $0,41 (на 62% ниже рыночной), размер дохода украинских фармкомпаний не превышает $45 млн в год, и ни один из восьми крупнейших отечественных производителей не имеет роста рыночной доли. Для сравнения, средний доход чешских, словенских и польских фармкомпаний составляете 300-600 млн», — говорит Тарас Пархоменко, директор по маркетингу и стратегическому развитию корпорации «Артериум» (созданной в прошлом году на базе ОАО «Киевмедпрепарат» и ОАО «Галычфарм»).
Зарубежные компании могут доверить процесс регистрации своим украинским дистрибьюторам. «Но довольно часто целые серии препаратов завозятся в Украину без сертификата, — говорит сотрудник одной из дистрибьюторских компаний. — В этом случае оптовик, заинтересованный в продаже товара, подает заявку на проведение повторной экспертизы, оплачивая ее самостоятельно».
Еще одним способом вмешательства Минздрава в работу фармрынка является пряник в виде тендеров на закупку жизненно необходимых препаратов, производимую за счет бюджетных средств. Притчей во языцех стали тендеры, проводимые при экс-министре Андрее Пидаеве, когда торги с завидным постоянством выигрывали несколько «дистрибьюторов», не имеющих прямого отношения к фармбизнесу и не числящихся ни в одном из фармрейтингов. Среди них — компании «Ганза» и «Л-Контракт». Цены, по которым производились закупки препаратов, на 25-30% превышали рыночные.
От аптеки — к потребителю
Оптовик при продаже препарата аптечной базе либо частной аптеке не диктует уровень наценок, с каждой партии он получает доход в среднем 10-15% от закупочной стоимости препарата. Но поскольку государство установило верхний порог допустимой наценки, производители просят оптовиков указывать в накладных не отпускную, а рекомендуемую для розницы цену, продавая им товар по скидке. В 2004 г. Госслужба провела анализ динамики отпускных цен по прайс-листам отечественных фармзаводов и пришла к выводу, что за период с декабря 2003 г. по декабрь 2004 г. они выросли в среднем на 6,5 %.
К конечному потребителю препараты попадают с наценками, установленными отделом розничной сети аптечной базы, если аптека коммунальная (причем для каждой точки могут быть установлены свои наценки), либо самой аптекой, если она находится в частной собственности. К примеру, во время рейда по аптекам Киева, проведенного Минздравом в феврале нынешнего года, выяснилось, что в аптеке « 7x7», находящейся на балансе города, церебролизин (категория «жизненно необходимый препарат») стоит 200 грн. (при оптовой цене 128 грн.).
У многих участников рынка подобные рейды вызывают смех. Во-первых, даже Инспекция не имеет полномочий требовать у работников проверяемой аптеки накладные. Такими полномочиями владеет лишь Инспекция по контролю над ценами при Министерстве экономики, но она проверкой наценок в аптеках занимается очень редко.
А во-вторых, в своем радении о конечном потребителе чиновники оказывают медвежью услугу рынку. К примеру, если себестоимость раствора зеленки составляет 60 коп., и максимально допустимая наценка на нее — 35%, производитель и оптовик естественным образом уходят на зеленке «в минус». Вот и получается, что из-за введенной государством наценки крупные оптовики такой товар не закупают, и аптеки вынуждены приобретать его у сомнительных дистрибьюторов.
Оттого в Украине фармацевты-индивидуалы, распространяющие дорогостоящие импортные препараты через врачей, с которыми удается договориться, чувствуют себя весьма вольготно, а увеличение числа дистрибьюторов обусловлено созданными Минздравом правилами игры на рынке. И если крупные оптовики редко рискуют своим реноме, то мелкие фирмы часто торгуют несертифицированным товаром. В начале 2004 г. в Украине насчитывалось 1,4 тыс. дистрибьюторов, ныне их количество сократилось до 950, для сравнения в Нидерландах работает три дистрибьютора, во Франции — восемь. «Зарегистрированные препараты далеко не всегда качественны, — констатирует Юрий Подпружников. — Сегодня зарегистрировано более 12 тыс. лекарственных форм, только настоек календулы 20 разновидностей. Вместе с тем, не существует механизма отслеживания качества препарата при ввозе его в Украину. Мы составили проект постановления Кабмина о порядке контроля при ввозе лекарственных средств. Чтобы не тормозить оптовика на таможне, мы предлагаем обязать его после ввоза партии не распространять ее тут же по аптекам, а положить на месяц на склад и законсервировать. За это время успеют сделать свою работу инспекторы и после их заключения дистрибьютор спокойно развезет товар по регионам».
Таким образом, Минздрав планирует создать дополнительное звено в схеме движения лекарственного препарата от производителя к потребителю в виде склада лекарственных препаратов, а фактически — «реанимировать» отжившие свое аптечные базы. Кроме того, непонятно, кто будет оплачивать месячное хранение препарата на складе. Естественно, это приведет к еще большему удорожанию препарата. Мелких дистрибьюторов, торгующих фальсификатом, в Госслужбе называют бичом отечественной фармацевтики, однако при существующих правилах игры это явление неизбежно.
В поисках сильной руки
Два месяца назад премьер-министр в эфире нескольких телеканалов сделала недвузначные намеки на то, что новое правительство прекрасно разбирается в коррупционных схемах служб Минздрава, однако до этих «авгиевых конюшен», судя по всему, правительству добраться недосуг — мясо и сахар пока важнее.
Снизить стоимость препаратов для конечного потребителя можно было бы, если бы дистрибьюторы не тратились на взятки чиновникам, а сама схема была упрощена — к примеру, отменой обязательной экспертизы каждой серии уже зарегистрированного препарата. Явным атавизмом представляются и аптечные базы.
Но пока в Госслужбе говорят и думают только о семимильных шагах в Европу, а до уничтожения коррупционных и теневых схем у чиновников руки не доходят. В результате и о снижении цен на лекарственные препараты никто не заикается. В конце концов, лекарство — это тот товар, который больной человек купит в любом случае.
Мнение
Виктор РЫБЧУК, Заместитель министра здравоохранения
— У нас слишком много мелких оптовых компаний, специализирующихся на поставках определенных препаратов. Топ-10 украинских оптовиков осуществляют 60% реализации препаратов, следующие 20 — 30%, на остальных (более 900) приходится лишь 10% реализации.
Поставщиков лекарств обычно выбирает заваптекой, ориентируясь на их возможности в сфере поставок полного ассортимента препаратов и продолжительность выполнения заказов. Крупные оптовые компании осуществляют заказ в течение одного-двух дней, ведь от этого зависит репутация компании.
Оптовым компаниям с оборотом в несколько десятков миллионов долларов есть что терять, поэтому они придирчивы к качеству поставляемых препаратов и на сомнительные операции, которые пусть и принесут несколько десятков тысяч долларов, обычно не идут.
В аптечных же сетях нарушений более чем достаточно. Взять хотя бы то, что рецептурные группы препаратов повсеместно отпускаются без рецептов. А это способствует развитию самолечения. На этом основании только во втором квартале этого года в Донецкой области было аннулировано 34 лицензии, а в Киеве — около 20.
В 2001 г. Минздрав утвердил перечень отечественных и импортных лекарственных средств, цены на которые подлежат государственному регулированию — для распространения через аптечную сеть наценка не должна превышать 35% оптовой цены производителя (либо таможенной стоимости), а на те препараты, которые приобретаются государственными либо коммунальными учреждениями за бюджетные средства — 10%. Но этот механизм является половинчатым, поскольку до сих пор не определено, можно ли считать оптовой ценой производителя отпускную цену, зафиксированную в бухгалтерских документах. Также не определено, что такое отпускная цена при импорте препарата в Украину. Поэтому часто в аптеках, расположенных на расстоянии 100 м друг от друга, на одно и то же лекарство установлены разные цены.
Аптеки частной формы собственности демонстрируют свои преимущества, цены в них действительно ниже, чем в коммунальных. Объясняется это тем, что частный предприниматель зарабатывает на выходе, а заведующий коммунальной аптекой или тот, кто правит бал при закупках — на входе. Поэтому у коммунальных аптек цены на закупках выше, управление не всегда эффективно, а операционные расходы более высоки — и платить за все это должен потребитель.
.jpg)
.jpg)
.jpg)
.jpg)